Стоит ли ходить на Мессу ежедневно?

По правде сказать, ответ на этот вопрос не представляется мне очевидным, тем более, что некоторые преподаватели на факультете богословия, который я закончил, довольно резко выступали против такой практики. «Вы испытываете желание посещать Мессу ежедневно, – говорили они, – но в лучшем случае, это просто благочестивая привычка». Вот такой вынесен приговор. То ли с чувством, которое побуждает нас ходить на Мессу, что-то не так; то ли нам не следует принимать всерьез само это чувство… Собственно говоря, у меня и времени-то не было, чтобы как следует продумать ответ на поставленный вопрос. По крайней мере до тех пор, пока меня не попросили написать эту статью. Я начинал писать ее несколько раз, и всё безуспешно. Опять и опять приходилось отправлять написанные мною страницы в урну. А потом меня осенило. Может быть, вопрос следует сформулировать иначе? Например так: почему нам не нужно ежедневно ходить на Мессу? Почему нам не ходить на Мессу ежедневно, если мы хотим и можем это делать?
Подыскивая рациональные аргументы в пользу ежедневного посещения Мессы, я обратился к документам II Ватиканского Собора. Что говорят эти документы о Евхаристии? Больше всего информации на этот счет я нашел в двух самых важных соборных документах: Конституциях «Lumen gentium» и «Sacrosanctum Concilium». В «Lumen gentium» Евхаристия была названа «источником и вершиной всей христианской жизни». Значит, Евхаристии следует отвести центральное место в общежитии людей, называющих себя христианами. По крайней мере, так было в 60-х годах прошлого века, когда проходил II Ватиканский Собор. Люди, написавшие эти тексты, епископы и богословы, весьма высоко оценивали Евхаристию, следуя целому ряду соображений. Во-первых Евхаристия служит созиданию Тела Христова, во-вторых, ею укрепляются узы единства, связывающие христиан; в-третьих, происходит наше освящение; в-четвертых, Церковь, собравшаяся на Евхаристию, прославляет Бога.
Со своей стороны, посвященная литургии Конституция «Sancrosanctum Concilium», говорит о важности Евхаристии в терминах возобновления завета между Богом и человеком. Весьма выразительным языком констатируется, что «возобновление завета Господня с людьми в Евхаристии безотлагательно привлекает и воспламеняет верных в любви Христовой» (п. 10).
Как кажется, это учение ничуть не противоречит практике ежедневного участия в Мессе. В то время, как у воскресной Мессы – весьма специфическая функция в жизни христиан, поскольку воскресенье – это День Господень, день Воскресения, ежедневная Месса способствует вовлечению верующих в тайну Божию. «Sancrosanctum Concilium» прекрасно говорит об этом, описывая «тайну веры», как то, что побуждает нас «совершенствоваться в единении с Богом и друг с другом, дабы Бог стал, наконец, всем во всём» (п. 48).

Причина, по которой следует ежедневно посещать Мессу

Но почему же тогда мои преподаватели богословия так неодобрительно относились к ежедневному посещению Мессы? Наверное, потому, что ежедневное посещение Мессы может стать привычкой, своего рода автоматизмом, вместо того, чтобы быть «пиком благодати», отверзающим перед нами небесные врата. Вероятно, опыт собственного священнического служения этих преподавателей богословия побудил их сделать именно такие выводы.
Однако же Конституция «Sancrosanctum Concilium» придерживается иного мнения и приводит куда более основательные соображения. В параграфе 48 верующим христианам рекомендуется присутствовать на Мессе не в качестве «посторонних и немых зрителей», но «верно понимая ее через обряды и молитвословия, сознательно, благочестиво и деятельно участвовать в этом священнодействии, поучаться Словом Божиим, подкрепляться трапезой тела Господня, воздавать благодарение Богу, причем не только руками священника, но и вместе с ним, учиться приносить в жертву самих себя».
Это относится ко всем, кто посещает Мессу, безотносительно к их статусу. В то время как рукоположенному служителю отводится особая роль предстояния и руководства, все другие должны быть научены «правильному пониманию обрядов и молитвословий» и полноценно участвовать в литургической целебрации. Все, и священник, и община, отдают себя Богу, чтобы подлинно преобразиться в Тело Христово. В таинстве Крещения все верные становятся сопричастными Христову священству и, следовательно, все участвуют в приношении Евхаристии. Это утверждение звучит невообразимо революционно, однако лишь немногие католики знают о его существовании. И это при том, что данный документ был написан 50 лет тому назад!

Что делает нас христианами?

Месса сама по себе формирует и преображает Народ Божий. Она помогает нам стать христианами. Равно великое значение имеют при этом обе части Мессы – литургия Слова и Евхаристическая литургия. Мы приглашены к внимательному слушанию слова Священного Писания и, я надеюсь, хорошего комментария к нему. Всё это побуждает нас открыться Слову, наставляющему нас ежедневно. А потом мы приглашены трапезовать у алтаря, подкрепляясь Святым Причастием. Регулярно участвуя в Мессе, мы понемногу «превращаемся в христиан».
Месса – это «место», на котором Бог наставляет нас Своим Словом и питает нас Телом Христовым. Месса – это воистину уникальное событие! Возможность ежедневно приходить на Мессу можно только приветствовать, однако здесь необходима определенная осторожность. Интимная близость с Господом может сделать нас самодовольными. Вопрос ведь не в том, как часто мы должны «слушать Мессу», ежедневно или еженедельно. Месса – это живая реальность, это наставление в практике христианской жизни. Мы должны каждый раз готовиться к Мессе и сберегать ее плоды в нашей повседневности. Возможно, нам следует тщательнее проанализировать, достойны ли мы ежедневной Мессы. Однако кто из нас дерзнет назвать себя достойным? Именно участвуя в праздновании Мессы, мы и становимся достойными. Мы погружаемся в изучение деяний Бога в этом мире, приобщаемся к Его актуальному действию. Тем самым ежедневная Месса приносит безмерный по ценности благой плод в жизни каждого христианина.

«Ходить перед Богом»

Однако, оглядываясь на реалии современной Ирландии, невольно задаешься вопросом: как долго у нас еще будет счастливая возможность ежедневно посещать Мессу? В детстве я очень любил Великий Пост как раз потому, что в это время вставал рано и шел вместе с отцом на Мессу. Это было такое особое время, когда мы вдвоем – я и он – шли в утренних сумерках в приходскую Доминиканскую церковь. Из людей, вместе с нами приходивших на раннюю Мессу, постепенно формировалась маленькая община, и я, еще такой юный, тоже чувствовал свою принадлежность к этой общине. Большую часть этой общины составляли взрослые, но были и дети; и община эта была сформирована тем, что мистик и философ Джон Мориарти назвал «наиболее серьезными звуками христианства…, звуками искупленной вселенной…, кап-кап-кап воды, вливаемой в вино, и сухим треском преломляемого тончайшего оплатка».
Этот постоянно повторяющийся ритуал напоминал нам тогда, как напоминает и сегодня, что мы, католики, «ходим перед Богом». Для многих наших современников посещать Мессу ежедневно просто не представляется возможным, но тогда следует стремиться ходить на Мессу по будним дням хотя бы время от времени. Войти в тихую церквушку, принять участие в тихой Мессе, послушать чтения дня и понять, что Священная История и Божие призвание – это нечто неизмеримо большее, чем каждый из нас может вместить…
А в заключение – одно предупреждение. Мало толку будет в ежедневном посещении Мессы и ежедневном почитании Святых Даров, если эти практики не побудят нас больше любить нашу семью, наших друзей, а также тех людей, переносить общество которых нам трудно. В людях необходимо видеть члены Тела Христова и относиться к ним с тем же почтением и благоговением, какие мы выказываем Святым Дарам.

С самых ранних времен Церковь почитала жертвенную любовь Христа к людям, для которой существовали различные символы. В древности это был образ Доброго Пастыря. В Средние века получил распространение культ пяти Христовых ран и увенчанной тернием главы Христовой. Тогда же возник и культ Сердца Иисуса (как продолжение и развитие культа главной из пяти Его ран – в боку), который постепенно набирал силу. Его следы можно обнаружить, в частности, в монастырях цистерцианок в Саксонии в XIII веке (видения св. Матильды и св. Гертруды Хельфтской), в жизнеописаниях средневековых святых, в практиках доминиканского, францисканского и картезианского орденов. Однако заметным явлением в церковной жизни он стал уже в Новое Время. Почитание Сердца Иисуса практиковалось среди последователей devotio moderna («нового благочестия», принятого в общинах «Братьев совместной жизни» в Нидерландах), поддерживалось некоторыми членами возникших в XVI веке новых монашеских орденов – иезуитами и ораторианами, а также «старых» орденов – бенедиктинцами, кармелитами, францисканцами, и известными в Европе учителями аскетики. Французский священник эпохи Людовика XIV (вторая половина XVII века) св. Жан Эд в 1672 г. с разрешения духовных властей впервые отслужил Мессу Сердцу Иисуса. Он же стал основоположником одной из традиций почитания Сердца Иисусова во Франции.
Огромную роль в распространении культа Сердца Иисуса сыграли мистические видения монахини Маргариты Марии Алакок. Иисус явился ей в октаву праздника Божия Тела 1675 г. и повелел добиваться установления праздника в честь Его Сердца. Сестра Алакок получила поддержку со стороны своего духовника-иезуита Клода де ла Коломбье. В 1684 г. увидела свет книга Коломбье с описанием видений Маргариты Марии, в 1691 г. – биография Маргариты Марии, принадлежащая перу иезуита Жана Круазе, а в 1698 г. – ее собственная книга о почитании Сердца Иисуса. Все они пользовались огромной популярностью в среде французского духовенства, монашества и набожных мирян. Некоторое время формы почитания Святого Сердца, восходящие к отцу Жану Эду, существовали параллельно с традицией Маргариты Марии Алакок и отца де ла Коломбье. Впоследствии оба движения слились воедино.
Почитание Сердца Иисусова ширилось, возникали многочисленные братства, посвященные «Святому Сердцу». В 1720 г. зафиксировано первое публичное – вне монастырских стен и приватных богослужений церковных братств – поклонение Сердцу Иисуса и всеобщее посвящение ему. Это произошло в Марселе во время эпидемии чумы. Однако Рим долго медлил с установлением соответствующего праздника. Наконец, Папа Климент XIII полуофициально утвердил его для Франции в 1765 г. В 1794 году Папа Пий VI в своей булле «Auctorem fidei» защищал почитание Сердца Иисуса от нападок янсенистов, утверждавших, что недопустимо поклоняться телесному сердцу, отделенному от полноценной личности Иисуса Христа.
В 1856 г. Папа Пий IX провозгласил праздник Сердца Иисуса обязательным для всей Церкви. Папа Лев XIII в 1889 г. поднял его ранг до наивысшего (solemnitas – «торжество») и рекомендовал посвящение всего мира Сердцу Иисуса. Прежде подобная практика существовала лишь в отдельных монастырях и братствах, однако в 1875 году – в ознаменование 200-летия явления Иисуса Маргарите Марии Алакок – такие посвящения прошли по всему католическому миру. 11 июня 1899 года Папа Лев XIII сам посвятил Сердцу Иисуса всё человечество, назвав это «великим деянием» своего понтификата. Об этом посвящении его попросила португальская монахиня Мария Святого Сердца из конгрегации Доброго Пастыря, утверждавшая, что ее об этом, в свою очередь, попросил Сам Иисус Христос. Она умерла в день праздника Пресвятого Сердца, за два дня до «великого деяния» Льва XIII. Лев XIII также утвердил вотивную Мессу Сердцу Иисуса, которая отныне должна была совершаться по первым пятницам месяца.
В первой половине XX века, в период тягчайших испытаний, выпавших на долю европейского человечества, культ Сердца Иисуса стал особенно популярен. В это время были канонизированы предтечи почитания Пресвятого Сердца: сестра Маргарита Мария Алакок – в 1920 г., отец Жан Эд – в 1925 г. (в 1903 году папа Пий IX провозгласил Эда носителем героических добродетелей и присвоил ему титул «автора богослужений Святейшему Сердцу Иисуса и Святому Сердцу Девы Марии»), а отец Клод де ла Коломбье был причислен к лику блаженных в 1992 году. Папа Пий XII посвятил почитанию Сердца Иисуса специальную энциклику (1956 г.).

Резкие протесты против культа Сердца Иисуса раздавались в лагере янсенистов (оппозиционное движение в Католической Церкви XVII-XVIII веков, в конце концов отделившееся от нее) и среди богословов-рационалистов эпохи Просвещения. Уже в XX столетии попытку дать более глубокое обоснования практике почитания Сердца Иисуса предпринял виднейший немецкий богослов-иезуит Карл Ранер. Он указал на символическое значение «сердца» как пра-Слова, пра-Понятия, на котором основываются Священное Писание и древняя церковная практика, а также как центра личности, средоточия человеческого «я» как такового. Тем самым мы можем говорить о богословско-антропологических основаниях данного культа. Сердце Иисуса – это центр Его воспринятой ипостасью Слова человечности, исполненное милосердной любви Богочеловечество Христово.
Литургические тексты праздника подчеркивают необходимость уподобления сердцу Иисуса и умению узнавать Его в братьях, а префация указывает на пробитое копьем Сердце Иисуса как источник освящающей благодати таинств Крещения и Евхаристии, без которых невозможно Спасение.
В современном церковном календаре Сердцу Иисуса, кроме специального праздника, посвящаются каждая первая пятница месяца и весь месяц июнь.
СКГ

СПРАВКА:
Святая Маргарита Мария Алакок

Маргарита Мария Алакок (1647, Лотекур в Бургундии – 1690, Парэ-ле-Мониаль). Пятая из семи детей провинциального нотариуса. Маргарита вспоминала, что четырехлетним ребенком принесла обет девственности, не понимая ни того, что такое обет, ни что такое девственность. В восемь лет она потеряла отца и была отдана на воспитание в школу клариссок в Шаройе. Монастырская жизнь ей понравилась, а девочка понравилась монахиням, разрешившим ей приступить к Первому Причастию в девять лет (на пару лет раньше принятого тогда срока). Впрочем, из-за начавшейся болезни (ревматизма) ей пришлось покинуть школу и вернуться домой.
Годам к пятнадцати болезнь прошла, зато отношения с родными осложнились: Маргарита считала, что ее мать обижают сестра с мужем, захватившие в свои руки всю власть в доме, да и ей самой приходилось несладко. Нравы были суровые, девушка не могла пойти в церковь без разрешения, а разрешения не давали, заявляя, что она ищет предлог, чтобы обзавестись ухажёром. После такого отказа Маргарита иногда плакала в уголке сада весь остаток дня. При этом она сама считала себя слишком легкомысленной и склонной к развлечениям сверх меры, подумывала о браке, на котором настаивали мать и родные. Однако к двадцати годам, когда родственники стали решительнее подталкивать ее к замужеству, она сделала выбор в пользу монашества.
В двадцать два года она приняла таинство Миропомазания и взяла второе имя «Мария», а в двадцать четыре поступила в монастырь сестер-визитанок в Парэ-ле-Мониаль (Орден «визитанок» – в честь Посещения Пресвятой Девой Марией святой Елисаветы – основан св. Франциском Сальским и св. Иоанной Франциской де Шанталь; относится к монашеским орденам созерцательного типа). Здесь ей тоже пришлось нелегко, она пыталась, но не могла быть «как все». Спокойная, медлительная до неуклюжести, она была послана в монастырскую больницу под начало энергичной, расторопной сестры Катрины Маре. К тому же традиции аббатства требовали совершенствоваться в медитативной молитве, сопровождаемой размышлениями, а Маргарита Мария предпочитала молиться просто, созерцая нечто, видимое ей одной. 27 декабря 1673 г. во время такой молитвы перед Святыми Дарами она пережила встречу с Христом лицом к лицу, слышала Его простой и ясный голос, призывающий делиться Его любовью с людьми.
Главным для нее стало почитание Сердца Иисусова. Эта традиция была известна в Западной Церкви со времен Средневековья, однако оставалась на периферии церковной жизни. Иисус сказал Марии, что Его Сердце следует не просто почитать, но и изображать, и почитание этого изображения следует всячески распространять. Полтора года спустя, в октаву праздника Божия Тела 1675 г., Алакок услышала повеление установить особый день молитв Сердцу Иисуса, в искупление холодности, которой человечество отвечает на Его любовь.
Настоятельница общины после некоторых колебаний поверила в то, что откровения Алакок действительно исходят от Бога, а не рождены эгоистическим желанием покрасоваться. Впрочем, были среди монахинь и такие, которые считали, что сестру Марию надо просто кормить досыта, и тогда галлюцинации прекратятся. Решающей для нее оказалась поддержка священника-иезуита Клода де ла Коломбье (впоследствии причислен к лику блаженных), который некоторое время был в обители духовником сестер. Однако спустя некоторое время он был послан в Англию, откуда вернулся лишь в 1681 г. и вскоре умер в Парэ. Но незадолго до смерти он успел написать книгу «Духовное уединение», в которой сообщал об откровениях Маргарите Марии Алакок. Книга была издана в 1683 г. и весьма способствовала расширению почитания Сердца Христова. В монастыре Парэ-ле-Мониаль она читалась вслух во время трапез как духовная литература.
Постепенно сомневающиеся либо поверили Алакок, либо умолкли. Новая аббатисса сделала ее своей помощницей. Маргарита Мария была назначена руководительницей послушниц, а на ее беседы с новичками добровольно приходили и опытные монахини. С 1685 г. многие члены монашеской общины в Парэ-ле-Мониаль в частном порядке отмечали 21 июня праздник Святейшего Сердца Иисусова, а два года спустя в обители построили часовню, посвященную Святому Сердцу. В 1689 г. Маргарита Мария познакомилась со священником-иезуитом Жаном Круазе, который под ее влиянием стал одним из самых ревностных распространителей культа Иисусова Сердца во Французском королевстве.
О своих мистических переживаниях сестра Маргарита Мария поведала в книге «Поклонение Сердцу Иисуса», которая была издана уже после ее смерти, в 1698 г.
Канонизирована Папой Пием XI в 1920 г. День памяти 16 октября.

Источник: http://www.krotov.info/yakov/6_bios/51/1690_alakok.htm

Рим: праздник Божьего Тела с Бенедиктом XVI

В Италии четверг, в который отмечается этот праздник, давно стал рабочим днем. После II Ватиканского Собора Конференция епископов Италии перенесла его на ближайшее воскресенье, однако Папа Иоанн Павел II в первый же год своего понтификата вернул обычай совершать процессию с Дарами в Риме именно в четверг. Теперь празднование начинается в Риме вечером, по окончании рабочего дня.
В 19.00 Бенедикт XVI возглавил праздничную Мессу в базилике Св. Иоанна на Латеранском холме. В своей проповеди понтифик обратил внимание на связь, существующую между священством и Евхаристией. Именно Евхаристия проясняет смысл Христова священства. Во время Тайной Вечери Иисус Христос принес в жертву хлеб и вино, выражая этим жестом Свою личность и Свою миссию. Он умер на кресте, погруженный в молитву, смысл которой – полное единение Его воли с волей Отца. Эта воля есть воля любви. Именно благодаря послушанию Иисуса воле Отца в Нем исполнился Божий замысел любви.
Иисус стал истинным Первосвященником, принимая на Себя грех мира. Христово священство тесно сопряжено со страданием. Иисус страдал нас ради и ради нашего Спасения. Страданиями Он «навык» послушанию, но не ради Своей, а ради нашей пользы, чтобы нам научиться послушанию. Евхаристия – это не ритуальная, а личная жертва. Во время Тайной Вечери Иисус, побуждаемый любовью, решил пожертвовать Собой ради нас. Силою Божией ситуация страшного насилия и несправедливости, жертвой которых Он стал, претворилась в акт высшей любви и правды. В этом и заключается суть Христова священства. Церковь унаследовала его и, дабы преобразовать этот мир Божией любовью, пронесла его через историю в двоякой форме: всеобщего священства всех верных и служебного священства пастырей.

Праздничная Месса в четверг совершается на площади перед Латеранской базиликой Св. Иоанна. После Мессы в этот день обычно проходит Евхаристическая процессия во главе с Папой. Ее маршрут традиционно пролегает по Виа Мерулана, от базилики Св. Иоанна до базилики Санта Мария Маджоре. Впереди на специальном автомобиле, оборудованном платформой, следует Святая Монстранция, за ней на «папамобиле» – Святой Отец. В Риме во время процессии в праздник Божия Тела не воздвигаются четыре алтаря, как это принято во многих странах. Вместо этого читаются специальные Евхаристические размышления, в промежутке между которыми верные поют гимны.
В этом году, однако, непогода внесла свои коррективы в программу праздника. Из-за сильного дождя Месса прошла не перед храмом Св. Иоанна, а внутри него. Процессия была и вовсе отменена, а вместо нее состоялась Адорация в том же храме.

Испания: празднование с особым размахом

Праздник Божьего Тела отмечается в Испании с особым размахом: здесь по своей пышности и богатству форм он вполне может сравниться с Рождеством. Атрибуты этого летнего торжества в Испании – это и разноцветные одеяния церковных братств в Толедо, и «танец пажей» в Севилье, и разукрашенные кареты в Кадиксе, и сражение Пороков с Добродетелями перед Святыми Дарами в Камуньяс и многое другое. При этом современность и средневековые традиции тесно переплетаются, создавая поистине уникальный «сплав».
Тем не менее, в 1991 г. выходной день в четверг был официально отменен, а праздник Божьего Тела перенесен на воскресенье. Однако это решение вызвало многочисленные протесты по всей Испании. В результате решением местных властей во многих областях страны выходной день в четверг и праздничные церемонии в этот день были возвращены. В некоторых городах, как, например, в Толедо, проходит две процессии – одна в четверг, а другая в воскресенье.
Евхаристическая процессия в Толедо отличается особой красочностью, наверное потому, что Толедо – это резиденция примаса Испании. А в этом году она была особенно пышной еще и по той причине, что следовала сразу за окончанием (30 мая) X Евхаристического Конгресса Испании. Жители города начинают готовиться к празднику загодя: за несколько дней до начала торжеств украшаются улицы, по которым пройдет процессия, и храмы. Над мостовой растягивается полупрозрачная ткань, таким образом образуется нечто вроде балдахина, под которым будут следовать Святые Дары. На балконах домов вывешиваются гобелены, ковры, шелковые занавески, флаги и знамена. В воздухе разлит аромат ромашки, розмарина и мяты, в изобилии рассыпанных вдоль маршрута процессии.
Накануне праздника церковные братства вручают награды самым заслуженным своим членам и принимают в свои ряды новых кандидатов. На улицах появляются группы музыкантов, чья задача – призвать горожан принять участие в празднованиях. Около 23.00 по маршруту процессии проходит специальная группа, с помощью мерного прута определяющая размеры монстранции и ширину улиц и удостоверяющая отсутствие преград на всём пути.
Во время процессии используется трехметровая монстранция, изготовленная в XVI веке известным мастером Энрике де Арсе по заказу кардинала Сиснероса и хранящаяся в сокровищнице Кафедрального собора Толедо. На ее изготовление пошло 180 кг серебра, 20 кг золота и множество драгоценных камней. Монстранцию везут на специальной платформе.
Процессия совершается по правилам 300-летней давности. Перед монстранцией шествуют церковные братства (чем старше их возраст, тем ближе к монстранции). Во главе процессии движется распятие XVI века, за ним – в красных одеждах так называемые «инфансонес», т.е. дворяне близлежащей области Ильескас, далее – в голубых одеждах так называемые «Мозарабские кавалеры», т.е. лица, доказавшие свое христианское происхождение со времен арабского господства или занятые изучением Мозарабской эпохи в Толедо. Следующая группа – Рыцари Святого Гроба в белых одеждах. Они составляют почетную гвардию примаса Испании. Далее шествуют в характерных зеленых плащах с белыми крестами Рыцари Божия Тела, к числу которых принадлежат известные лица из Латинской Америки и сотрудники Института испанской культуры. Непосредственно перед монстранцией идут дети, принявшие в этот день свое Первое Причастие.
Сразу за монстранцией идет примас Испании, архиепископ Браулио Родригес, за ним – представители региональных и городских властей, депутаты городского совета, главы местного самоуправления.
Процессия продолжается много часов и является ярким свидетельством католических корней Испании. Впрочем, город Толедо можно считать местом встречи сразу трех великих религиозно-культурных традиций: христианской, мусульманской и иудейской.
Некоторое замешательство в подготовку праздника в этом году внесла министр обороны в социалистическом правительстве страны Карме Чакон, потребовавшая, чтобы курсанты и преподаватели Толедского военного училища не участвовали в процессии и не воздавали традиционных почестей Святым Дарам. Однако всеобщее возмущение заставило ее отменить свое распоряжение.
Празднование в честь Пресвятых Тела и Крови Христа не заканчивается в Испании вместе с Евхаристической процессией. Городские власти обычно организуют в этот день концерты и фестивали, которые продолжаются до поздней ночи. В Гранаде эти фестивали длятся всю неделю.

Бельгия: возобновлена Евхаристическая процессия на «родине» праздника Божия Тела в Льеже

В Бельгии в этом году после сорокалетнего перерыва возобновлена Евхаристическая процессия в городе Льеже, в котором некогда впервые стали отмечать праздник Божия Тела. Это произошло в 1246 г. по инициативе Льежского архидиакона Жака Леодийского, а позднее Папа Урбан IV под влиянием мистических видений св. Юлиании из Корнильона распространил празднование на всю Церковь. В Льеже торжество Божия Тела всегда отмечалось с большой пышностью. Маршрут процессии пролегал вдоль реки Маас, а Святые Дары передвигались на специально украшенной барже. Однако с 1970 г. Евхаристические процессии здесь не проводились.
Нынешняя Евхаристическая процессия будет не столь пышной, как это бывало в прежние времена. Она пройдет в субботу после обеда, поскольку четверг второй недели по Пятидесятнице стал здесь рабочим днем, а праздник перенесен местными епископами на воскресенье. Местом проведения процессии станет центр города – вокруг церкви Пресвятой Евхаристии, которая является главным средоточием культа Христа Евхаристического в Льеже.

Иерусалим: церемония в храме Воскресения

В литургическом календаре Святой Земли торжество Пресвятых Тела и Крови Христа перенесено на ближайшее воскресенье. Однако, в виду особого статуса Иерусалима и храма Гроба Господня, в этом городе празднование всё же прошло в четверг. Согласно решению Конференции католических ординариев Святой Земли, оно стало одним из последних пунктов повестки дня близящегося к своему завершению Года Священника.
В базилике Воскресения (католический придел храма Гроба Господня) собрались многочисленные священники и миряне, среди них – немало паломников и туристов. Мессу на алтаре Гроба Господня возглавил недавно получивший хиротонию викарный епископ Иерусалимского латинского патриарха Вильям Шомали. Ему сослужили 5 епископов и свыше 70-ти священников. Молящиеся благодарили Бога за ныне заканчивающийся Год Священника. Епископ Шомали в своей проповеди подчеркнул, что праздник Тела Господня сокровенным образом указывает на дар священства, в основании которого лежит Пасхальная тайна. Слова Христа: «Сие творите в Мое воспоминание», прямо относятся к Жертве, имевшей место прямо здесь, на Голгофе. Отличительным свойством священника, – сказал епископ Шомали, – должно быть послушание Богу и Церкви.
По окончании Мессы торжественная Евхаристическая процессия троекратно обошла Гроб Господень и прошла у подножия Голгофы. Почитание Святых Даров имело место у Гроба Господня, у алтаря Марии Магдалины и в часовне Пресвятой Евхаристии.

Польша: десятки тысяч верных приняли участие в Евхаристических процессиях

В Польше торжество Пресвятых Тела и Крови Христа – это выходной день. Десятки тысяч верных приняли участие в Евхаристических процессиях, самые внушительные из которых прошли в Кракове и Варшаве.
Председатель Конференции епископата Польши архиепископ Юзеф Михалик возглавил процессию в Пшемышле на востоке страны. В своем слове он призвал паству голосовать на предстоящих в июне президентских выборах за кандидатов, отстаивающих католические моральные ценности.
В Кракове кардинал Станислав Дзивиш отметил, что в мире, раздираемом войнами и конфликтами, Иисус Христос призывает нас к единству. Только в этом случае наше свидетельство о Нем будет убедительным. «Он, Сын Божий, пришел в мир и пожертвовал Своей жизнью, чтобы собрать в одно стадо рассеянных детей Божьих. Дело восстановления единства, созидания общины – это задача каждого очередного поколения», – сказал кардинал.
Нынешнее празднование проходит в преддверии знаменательного и очень важного для Польши события. В воскресенье 6 июня в Варшаве на площади Пилсудского состоится церемония беатификации священника Ежи Попелушко – капеллана независимого профсоюза «Солидарность» в годы тоталитарной диктатуры, погибшего от рук коммунистических спецслужб осенью 1984 г.
Архиепископ Варшавский Казимеж Ныч по окончании процессии призвал поляков к единству во имя верности заветам о. Попелушко. «Этот призыв обращен ко всем без исключения, – сказал архиепископ. – Ищите путей польского единства, которое будет стоять на службе всем людям, всем семьям, всем слоям общества. Соревнуйтесь друг с другом в выработке программ обновления нашего отечества не только в ходе предвыборной кампании, но постоянно, руководствуясь заботой о национальных интересах».
Со своей стороны, архиепископ Люблинский Юзеф Жичиньский заявил, что в воскресенье 6 июня, сразу же после провозглашения о. Попелушки блаженным, издаст декрет, которым отдаст под его покровительство один из приходов своей епархии.

В России торжество Пресвятых Тела и Крови Христа по решению Конференции католических епископов РФ будет отмечаться в воскресенье 6 июня.

Праздник Пресвятых Тела и Крови Христа (четверг после воскресенья Святой Троицы)
До 1970 г. этот праздник носил наименование «праздника Божия Тела». Первый раз его отмечали в 1247 г. в Льеже (Бельгия) по распоряжению местного епископа Роберта. Его возникновение связано со средневековым евхаристическим благочестием, причем особое значение имели следующие факторы:
1. Характерное для того времени желание «созерцать хостию», которое в условиях строгой покаянной дисциплины для многих грешников было единственной возможностью приобщиться к Евхаристии.
2. Желание подчеркнуть реальное присутствие Христа в Евхаристии с целью антиеретической полемики.
3. Желание удостоить особым почитанием величие Божьего присутствия в Евхаристии, что не вязалось с постным характером службы Великого четверга (когда служится Месса в воспоминание Тайной Вечери).
4. Видение монахини Юлиании, в котором Иисус потребовал установить специальное празднество в честь Евхаристии.

Папа Урбан IV (1261 – 1264 гг.) распространил празднование на всю Церковь и назначил для него определенное время – четверг второй недели по Пятидесятнице.
В конце XIII столетия в Германии появился обычай устраивать процессию со Святыми Дарами, который впоследствии распространился и на другие страны. В Римской своей форме процессия включала шествие с Дарами, сопровождаемое песнопениями и завершаемое благословением. В Германии существовал другой тип процессии, связанный с молитвой об урожае и защите посевов от вредителей. Он предусматривал четыре остановки (что соответствовало четырем сторонам света) с чтением Евангелия на каждой из них. Современная форма процессии в день Божия Тела представляет собой синтез вышеуказанных форм: предусмотрены четыре остановки у четырех специально сооруженных в этот день алтарей с чтением Евангелия и благословением Дарами.
В дальнейшем для процессии стала свойственна также драматизация, театральные сценки и т.п. В Германии и Голландии в связи с этим праздником возник обычай выставления Святых Даров. Месса обычно совершалась после процессии при выставленных Дарах. Однако данная практика была запрещена ныне действующей инструкцией о культе Евхаристии, а процессия теперь проводится после Мессы.

Праздник Пресвятого Сердца Иисуса (в пятницу на восьмой день после праздника Тела и Крови Христовых)
С древних времен Церковь почитала жертвенную любовь Христа, выраженную в символах Сердца и Доброго Пастыря. Его средневековой формой был культ Христовых ран и увенчанной тернием главы Христовой. Однако своей кульминации почитание Пресвятого Сердца достигло уже Новое Время под влиянием devotio moderna («нового благочестия», практикуемого в общинах «Братьев совместной жизни» в Нидерландах), деятельности монашеских орденов иезуитов, ораториан и прозрений мистиков. Французский священник эпохи Людовика XIV (вторая половина XVII века) св. Жан Од, духовный отец монахини Марии Маргариты Алакок, в видениях которой Сам Иисус просил установить праздник в честь Его Сердца, первым получил разрешение отслужить соответствующую Мессу. Было это в 1672 г. В 1856 г. папа Пий IX распространил празднование на всю Церковь. Папа Лев XIII поднял его ранг и рекомендовал посвящение всего мира Сердцу Иисуса. Он также утвердил вотивную Мессу Сердцу Иисуса, которая отныне должна была совершаться по первым пятницам месяца. Папа Пий XII посвятил почитанию Сердца Иисуса специальную энциклику (1956 г.).
Резкие протесты против культа Сердца Иисуса раздавались в лагере янсенистов (оппозиционное движение в Католической Церкви XVII-XVIII веков, в конце концов отделившееся от нее) и среди богословов-рационалистов эпохи Просвещения. Уже в XX столетии попытку дать более глубокое обоснования практике почитания Сердца Иисуса предпринял виднейший немецкий богослов-иезуит Карл Ранер. Он указал на символическое значение «сердца» как пра-Слова, пра-Понятия, на котором основываются Священное Писание и древняя церковная практика, а также как центра личности, средоточия человеческого «я» как такового. Тем самым мы можем говорить о богословско-антропологических основаниях данного культа. Сердце Иисуса – это центр Его воспринятой ипостасью Слова человечности, исполненное милосердной любви Богочеловечество Христово.
Литургические тексты праздника подчеркивают необходимость уподобления сердцу Иисуса и умению узнавать Его в братьях, а префация указывает на пробитое копьем Сердце Иисуса как источник освящающей благодати таинств Крещения и Евхаристии, без которых невозможно Спасение.
В современном церковном календаре Сердцу Иисуса, кроме специального праздника, посвящаются каждая первая пятница месяца и весь месяц июнь.

Торжество Пресвятой Троицы (первое воскресенье после Пятидесятницы)
Как общецерковный праздник торжество Пресвятой Троицы было введено папой Иоанном XXII в 1334 г. Однако уже Сакраментарий папы Геласия (ум. в 496 г.) предусматривал в воскресенье октавы Пятидесятницы специальную префацию (молитву введения в Евхаристический канон), посвященную Святой Троице. Эта префация имеет очень глубокое богословское содержание и, как полагают, была написана святым Папой Львом Великим.
На Востоке молитвы дня Пятидесятницы имеют тринитарное содержание, что было связано с последствиями догматических споров. Поэтому на Востоке наименование «праздник Троицы» утвердилось как раз за днем Пятидесятницы. В Латинском же обряде данное торжество традиционно отмечают в первое воскресенье после Пятидесятницы.
II Ватиканский Собор значительно обогатил трапезу слова этого дня. В чтениях тайна Святой Троицы явлена как реальность любви и мира и как непрестанно действующий Субъект. Вместе с тем, подчеркнута роль отдельных Лиц Троицы в этих деяниях. Видение Троицы является «икономическим» (греческое слово икономия в Посланиях Павла и у Святых Отцов использовалось в значении: «домостроительство Истории Спасения»), развертывается в перспективе Истории Спасения. Отец из любви к людям посылает на землю Своего Сына, Который, исполнив миссию Искупления, изливает в мир Духа Святого, дабы Он начертал в сердцах верующих образ Христа. Дух Святой делает это настолько совершенным образом, что Отец видит в нас Своего Сына. Тексты ныне используемых в Троицын день литургических молитв взяты из Тридентского Миссала, а префация – из Сакраментария папы Геласия.

С древних времен этот период рассматривался как один сплошной праздничный день: еще Тертуллиан называл его «радостнейшим временем» – laetissimus spatium. Всё это время не постились и не преклоняли колен. Пасхальное воскресенье открывало собой период, который являлся одним «великим воскресеньем», «неделей недель» (св. Василий Великий), заканчивающейся воскресеньем Пятидесятницы.

В ветхозаветные времена праздник Пятидесятницы (пятидесятый день после иудейской Пасхи) был одним из трех главных торжеств иудаизма (наряду с Пасхой и праздником Кущей). Как и другие древнееврейские праздники, он имел аграрное происхождение. Книга Левит (Лев 23,9) предписывает приносить в этот день в жертву первые плоды земли. Подобные предписания можно найти и в Книгах Исход (Исх 34,22; 22,16) и Второзаконие (Втор 16,9). Все античные земледельцы верили, что сбор урожая зависит не столько от их собственного труда и предусмотрительности, сколько от благоволения богов. Отсюда и обычай принесения в жертву богам первых плодов урожая. Израильтяне переняли этот обычай у жителей земли Ханаан и приносили жертву первых плодов Хозяину Святой Земли – Богу Яхве. В апокрифической Книге Юбилеев день принесения первых плодов был назван «Праздником Седмиц», а в 2 Макк 12,32 впервые появилось интересующее нас название Пятидесятница (греч. Пентекосте). Для Иосифа Флавия («Иудейские древности» III, 232) и раввинов это был «заключительный праздник» – азерет.

Незадолго до рождения Христа в иудаизме произошла «историзация» традиционных праздников: Праздник Седмиц был связан с дарованием Закона на Синае, а праздник Кущей – с сорокалетним пребыванием в пустыне. Еще раньше Пасха была связана с Исходом из Египта. Впрочем, празднование Пятидесятницы как «дня Торы» пришло позднее – начиная с конца I столетия, когда не существовало уже Храма. Ранее же этот день понимался как «праздник Завета» в широком смысле (с Ноем, Авраамом и т.д.).

Период пятидесяти дней после Пасхи сохранил свое значение в христианстве и переживался как одна magna dominica («великое воскресенье»). Расчленение некогда единой Пятидесятницы было связано с выделением праздников Вознесения Господня и самого дня Пятидесятницы. Произошло это на Востоке в 300-390 гг. С V века на Востоке и Западе уже известен праздник Вознесения Господня – праздник восшествия Иисуса на небесный престол и залог Его Второго Пришествия. «Правила Святых Апостолов» (документ, написанный в Сирии в IV веке) предписывают празднование в сороковой день после Пасхи Вознесения, а в пятидесятый – сошествия Духа Святого. Литургические реформы после II Ватиканского Собора подтвердили статус Пятидесятницы как финального праздника, «печати Пасхи».

В Воскресенье Пятидесятницы Церковь празднует Сошествие Святого Духа на апостолов и Церковь. В Римском Миссале 1970 г. это событие помещено в Пасхальный контекст: подчеркнута связь излияния Духа с миссией Сына, Его Смертью и Воскресением. Именно ниспослание Святого Духа стало увенчанием и завершением Пасхальной тайны, совершенного Христом дела нашего Спасения. Особенно отчетливо эта мысль выражена в префации дня Пятидесятницы.

Литургия периода Пятидесятницы включает в себя глубокую богословскую идею. Подчеркнуто единство домостроительства Спасения. Бог, Который в свое время обращался к Моисею, открылся в Иисусе Христе. Литургический год достигает своей кульминации в Пасхальной ночи, но не останавливается на ней. Период Пятидесятницы – это развитие благодати Пасхального воскресенья, а ее плод – излияние Святого Духа. Таким образом, Пятидесятница позволяет постичь порядок Откровения Божия и этапы Истории Спасения. Христос провозгласил: «Лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам» (Ин 16.7). Тем самым Иисус представляет Себя Предтечей Духа Святого, а действие Святого Духа развивает и завершает домостроительство Слова Божия. Целью домостроительства Христова является сошествие Святого Духа. Слово стало плотью, чтобы мы могли принять Духа Святого (св. Афанасий).

«Великое Триденствие» начинается Мессой Вечери Господней в Великий четверг, а заканчивается Второй Вечерней воскресенья Пасхи. Выражение «триденствие» указывает, в первую очередь, не на временной промежуток из трех дней, а на три последовательных фазы Пасхального таинства: прощальную и, вместе с тем, пророческую Тайную Вечерю, Смерть на кресте, пребывание в гробнице и Воскресение.

В IV веке, во времена святых Амвросия и Августина последовательность была иной: страдания, пребывание во гробе, Воскресение. Августин называл их sacratissimum triduum crucifixi, sepulti et resuscitati («священнейшее триденствие распятия, погребения и воскрешения»), в то время как слово «Пасха» было зарезервировано исключительно для обозначения ночного богослужения с субботы на воскресенье (Навечерия) и самого Пасхального воскресенья.

Пасхальное Триденствие литургически оформилось в Иерусалимской церкви. Описание связанных с ним обрядов можно найти в «Воспоминаниях» Этерии (385 г.). Из Иерусалима обряды Триденствия были восприняты на Востоке, а в Рим проникли благодаря грекоговорящей диаспоре. Реформы католического богослужения 1959 и 1970 годов вернули им форму, соответствующую наилучшим традициям, а с другой стороны, адаптировали их к современным условиям. Если перед реформой Священное Триденствие имело характер приготовления к празднованию Пасхи – Воскресения Христова, то после реформы подчеркивается, что обряды Триденствия уже вводят нас в тайну Пасхи: Страсти, Смерть и Воскресение Христово неразрывно связаны друг с другом и представляют собой единое деяние, которым Господь искупает и спасает мир.

1 апреля – Великий четверг

Из «Воспоминаний» Этерии следует, что в IV веке в Великий четверг в Иерусалиме правилось две литургии. Первая – в середине дня в базилике Мучеников – завершала собой Великий Пост, вторая – в храме на Голгофе – совершалась в честь установления Евхаристии. Подобным образом в Северной Африке времен св. Августина служилось две Мессы: одна – утром, вторая – вечером, в подражание Христу, установившему Евхаристию после вечерней трапезы.

В Риме VII века Папа служил только одну Мессу, зато в приходских церквах их было три: первая – в связи с принятием в общение отлученных грешников, вторая – в связи с освящением елея, третья – в честь установления Евхаристии.

Ныне Месса «Тайной Вечери», главной темой которой является установление Христом Таинства Евхаристии, совершается в вечернее время. С литургией Великого четверга сопряжены следующие обряды:

- Mandatum – «Заповедь». Речь идет о заповеди любви («Заповедь новую даю вам, да любите друг друга»), внешним выражением которой является обряд умывания ног другому человеку. Это – древнее выражение гостеприимства (ср. Быт 18,4), жест, воспроизведенный впоследствии Самим Иисусом Христом по отношению к апостолам (Ин 13,1-11). Обычай практиковался в монашеских общинах, а в литургию был введен впервые в Испании (синод в Толедо 649 г.). Перед реформой 1955 г. данный обряд был зарезервирован исключительно для епископов и аббатов, а ныне его рекомендуется совершать в каждом приходе. Правящий епископ или настоятель прихода моет ноги двенадцати (по числу апостолов) священникам и (или) мирянам.

- Перенесение Святых Даров. Этот обряд оформился в связи с почитанием в Западной Церкви Святых Даров. Начиная со Средневековья, развивается символика гробницы. Однако в обновленной литургии не говорится уже о гробнице, но об «алтаре выставления». Во время процессии перенесения Даров полностью исполняется знаменитый гимн св. Фомы Аквинского Pange lingua, прославляющий Евхаристию.

- Denudatio altaris – «обнажение алтаря». Собственно, до VII/VIII века покровы на алтаре оставались только на время совершения Литургии, а затем убирались. Однако ныне алтарь покрыт постоянно, а обнажается лишь после перенесения Даров в Великий четверг. Считается, что это должно символически знаменовать denudatio – оставление Христа самыми близкими людьми и Его обнажение перед распятием.

- Crepitacula – отказ от использования колоколов, колокольчиков и органной музыки. Все музыкальные инструменты умолкают после ликующего гимна Gloria в начале Мессы. Могут употребляться лишь деревянные колотушки (crepitacula, tabulae). Обычай этот восходит еще к VIII столетию. Считается, что он символизирует смирение и уничижение Христа, а также является воспоминанием о тех временах, когда музыкальные инструменты в литургии вообще не использовались, как это и доныне имеет место в Православной Церкви. Кое-кто говорит о «посте ушей», подобно тому, как обычай закрывать изображения и кресты, начиная с 5-ой недели Великого Поста, свидетельствует о «посте зрения».

2 апреля – Великая пятница Страстей Христовых

Ход пятничной литургии в Иерусалиме IV века также описан в «Воспоминаниях» Этерии. В них говорится, что верные первоначально собирались, дабы выразить свое почтение месту, где Иисус подвергся бичеванию. Затем шли на Голгофу, где епископ держал крест, которому воздавались почести. Верные, подходя к кресту, касались его и надписи над ним («Сей есть Царь Иудейский») лбом, потом глазами, и целовали его. Верные также собирались пополудни на Голгофе, дабы размышлять над словом Божьим, услышать описание Христовых Страстей, принять участие в пении псалмов и совместных молитвах.

Кроме того, известно, что в Великую пятницу и Великую субботу соблюдался строгий пост. При этом его понимание было, скорее, не аскетическое, а связывалось с отсутствием Небесного Жениха (так пишет об этом христианский автор конца II столетия Тертуллиан). Церковь постилась и молилась в ожидании Господа, а, с другой стороны, утешалась Его присутствием в Евхаристии. Таким образом, пост и Евхаристия составляли как бы два полюса духовной жизни Церкви, взаимно дополняли и обуславливали друг друга, создавая парадокс «уже» и «еще нет», лежащий в основе всей динамики церковной жизни. Здесь же следует искать истоков евхаристического поста (воздержания от принятия пищи перед Причастием) как такового, который в своей идее есть ничем иным как ожиданием и духовным приготовлением к пришествию Христа в Евхаристии.

Возношение и почитание креста из Иерусалима распространилось на другие страны, с VII века известно в Риме, а с VIII века вошло в Папскую литургию.

Месса в Великую пятницу не служилась никогда, но Причащение ранее освященными Святыми Дарами после почитания древ креста практиковалось в Галлии, Германии и в Римских приходских церквах, начиная с VIII века. Эта практика возникла, возможно, под влиянием византийской литургии Преждеосвященных Даров (Вечерня, сопряженная с Причастием, которая служится в Православной Церкви по средам и пятницам в Великий пост, и в первые три дня Страстной недели). В Папскую же литургию Страстной пятницы Причащение проникло только в XII/XIII веке. Небольшое количество причастников в Средние века привело к тому, что Причастие сохранилось только для священника. Лишь реформа 1955 года восстановила Причастие для всего народа.

Еще один элемент литургии Великой Пятницы – depositio crucis (sacramenti), т.е. «демонстрация распятия (Даров)». К Х веку восходят свидетельства о так называемой «гробнице Христа». В Англии в «гробнице» рядом с алтарем помещался овитый в белые пелены крест. Считается, что родиной этого обычая была Сирия, откуда он был перенят коптами, а затем привился на Западе. В Х веке появилась другая форма depositio – помещение в «гробнице» освященной гостии. Часто гостию помещали в «гробнице», а крест – рядом с «гробницей». В Православной же Церкви с XVI века утвердился обычай выставления и почитания Плащаницы с изображением Христа во гробе. Здесь культ Плащаницы находится в центре обрядов Вечерни Великой пятницы и Утрени Великой субботы.

Современная католическая литургия Страстной пятницы включает в себя все элементы древней традиции и обладает прозрачной, простой и лаконичной структурой. Ее составляют: Литургия слова с общей молитвой верных, почитание креста, Святое Причастие и процессия к «гробнице» Иисуса. Литургия иллюстрирует и позволяет пережить таинство Распятия Христа как кульминацию Истории Спасения.

Христос, Который добровольно отдает Свою жизнь на кресте, является Отроком Господним из Книги пророка Исайи (1-е чтение: Ис 52,13-53,12), исполнившим волю Отца (2-е чтение: Евр 4,14-16; 5,7-9). Его уничижение является залогом Его победы (респонсориум: Флп 2,8-9), а описание Страстей по Евангелию от Иоанна подчеркивает царственное достоинство Распятого Господа. О том же свидетельствует красный цвет литургических облачений: одновременно – и цвет мученичества (крови), и цвет царского пурпура.

Молитва верных состоит из девяти прошений и подчеркивает универсализм Божия замысла Спасения. Церковь последовательно молится за Папу, духовенство, своих верных чад, всех христиан, иудеев (ветхозаветный народ Божий), всех верующих в Бога и, наконец, за всех людей доброй воли. В почитании креста пасхальная мистерия явлена в ее синтетическом единстве: Крест неотделим от Воскресения, что выражено в соответствующих антифонах. А молитва после Причастия возносит благодарение Богу за новую жизнь, дарованную посредством страданий и Воскресения Христа.

3 апреля – Великая суббота

С древнейших времен этот день считается временем строгого поста. Евхаристия не совершается, а содержанием Литургии часов является «Святая и Великая Суббота» (в смысле «покоя», «упокоения») Сына Божия, обновившего дело творения. Верные по преимуществу воздают почитание Святым Дарам у «гробницы» в ожидании радости Воскресения. Катехумены в этот день совершают обряд отдания Символа Веры.

Навечерие Пасхи

Богослужению Святой ночи принадлежит первенство и по времени возникновения, и по его богословско-литургическому значению, и по красоте и торжественности обряда. Св. Августин в IV веке назвал богослужение Навечерия Пасхи mater omnium vigiliarum («матерью всех бдений»). С глубокой древности центральное место в нем занимала Литургия слова с очень большим количеством чтений: от 5 в Восточной Сирии до 15 в Византии. В Риме Литургия слова имела сохранившуюся до сих пор структуру: чтение – пение – молитва (после каждого чтения).

Обряд зажжения пасхальной свечи (пасхала) также имеет очень древнее происхождение. Восходит он к естественному обычаю зажигать светильник при наступлении темноты, что практиковалось в каждой семье и было прочно связано с чувством безопасности, радости и уюта. В иудейском мире празднование субботы, как и братские трапезы, всегда начинались с возжигания светильника. Христиане, в свою очередь, уже с апостольских времен считали свет символом Христа – «Света миру». Зажжение пасхала могло быть связано и с другими факторами, как, например, стремлением сделать более конкретной символику перехода от тьмы к свету, влиянием мистериальных культов поздней античности, а также воздействием крещальной символики, поскольку с давних времен крещаемых называли фотисмос, т.е. «просвещенными».

Обряд зажжения свечи был связан с благодарением. Таким образом возник гимн Exsultet («Провозглашение Пасхи»). Он появился в Риме в VII веке, в XI вошел в Папскую литургию, а ныне является неотъемлемой частью литургии Святой ночи во всех церквах Латинского обряда. По своему содержанию этот гимн выражает богословие пасхальной ночи. В других литургических традициях Западной Церкви существовали другие формы приветствия света. Некоторые из них вошли в современную литургию Навечерия (например, возношение пасхала с возгласом «Свет Христов»).

Постепенно сформировалась традиция украшения пасхала. С XII века появляется обычай изображать на пасхале символ креста и двух букв греческого алфавита: альфы (первой) и омеги (последней), а также помещать в пасхал зерна ладана.

Более поздним элементом литургии Навечерия Пасхи является обычай благословения огня. В Риме пасхал зажигали от огня, который специально для этого случая сохранялся с Великой пятницы. Начиная с VIII века, для зажжения пасхала стали благословлять «новый огонь». Этот обычай возник в Галлии и Ирландии, и его происхождение остается неясным. Возможно, речь шла о противодействии Церкви практике языческих весенних игрищ и связанному с ними обычаю зажигания костров. Обряд этот окончательно вошел в литургию в начале Х века.

С VIII века практикуется благословение пищи, что особенно было распространено в Галлии и Германии.

Еще одним очень важным элементом литургии Навечерия было совершение таинств Крещения и Миропомазания, которым предшествовала процессия к баптистерию или водному источнику и чтение специальной молитвы благословения вод, имевшей благодарственный характер с диалогом в форме префация. Освящению воды сопутствовали совершение крестного знамения и погружение в воды пасхала.

В своей современной версии литургия Навечерия Пасхи имеет следующую структуру:

1. «Литургия света» – lucernarium, которая включает в себя: благословение огня и приготовление пасхала, процессию с пасхалом и praeconium paschale – «Провозглашение Пасхи» (гимн Exsultet).

2. Литургия слова, имеющая структуру «чтение – пение – молитва» и включающая 9 чтений.

3. Литургия Крещения: благословение крещальной воды, обновление крещальных обетов и совершение таинств Крещения и Миропомазания над катехуменами.

4. Евхаристическая Литургия.

Литургия пасхальной ночи насыщена необыкновенно богатой символикой. Используемые в ней символы выражают богословие этого дня и из него вытекают. Особенно подчеркнута динамика перехода от тьмы к свету, от смерти к жизни. Христос – это Фос и Зоэ, «Свет» и «Жизнь». Благословение нового огня указывает на распространение Искупления, совершенного Христом, на всю сотворенную действительность. Exsultet – благословение света – это молитва благодарения и прославления за Воскресение Христово, которое принесло нам Спасение. Символом его является свет. Богу приносится Пасхальная свеча, но также и сердца всех участников богослужения, которые отныне призваны стать свидетелями Воскресения. Этой цели и служит Провозглашение Пасхи.

То обстоятельство, что на пасхале со времен Пия XII помещаются цифры текущего года, напоминает, что в древности именно Навечерие Пасхи было началом нового года. Этим символизируется реальная возможность новой жизни, нового начала, надежды, которая не может быть обманута во Христе.

Дар новой жизни находится также в центре Литургии слова. Чтения подобраны таким образом, чтобы наглядно продемонстрировать единство дела сотворения мира и его Спасения, исполнение порядка творения в порядке Спасения. Личности Авраама и Исаака показаны как прообразы Христа. Молитвы, которые следуют после каждого чтения, должным образом объясняют его содержание. Молитва после седьмого чтения указывает на Церковь, как главное дело Христа, таинство Спасения всего рода человеческого.

Таинство новой жизни отражено и в молитвах литургии Крещения и Евхаристической Литургии.

Навечерие Пасхи является наивысшим культовым выражением самой сути христианской веры, а потому имеет благовестнический характер. Оно заканчивается возгласом «Христос воскрес!» и призывом ко всему сущему принять участие в триумфе Воскресшего, что выражается в так называемой «Резурекцийной процессии» («процессии Воскресения» от лат. resurrectio – «воскресение»), которая может совершаться по окончании Мессы Навечерия ночью или утром Пасхального воскресенья перед Мессой. Участники шествия, несущие крест, украшенный красной столой (знамением победы), и фигуру Воскресшего, трижды обходят церковь, подчеркивая тем самым вечность и совершенство новой жизни, дарованной Воскресшим.

Богослужение Навечерия рекомендуется начинать в полночь с субботы на воскресенье, а заканчивать – на рассвете. Допускается, однако, предварительное его совершение, начиная с 20 часов субботнего дня. Конгрегация Таинств и Культа в документе Paschalis sollemnitatis (1988 г.) подчеркивает желательность Причащения всех верных в пасхальную ночь под двумя видами. Весь этот документ является ярким свидетельством заботы Церкви о том, чтобы Спасение, ставшее нашим даром во Христе, стало воистину «сердцем литургического года».

В Восточной Церкви богослужение Пасхи начинается совершением Утрени в полночь, а заканчивается Евхаристией на рассвете. Этот богослужебный порядок восходит своими корнями к очень древней традиции. Торжества открываются крестным ходом вокруг церкви под звон колоколов, что символизирует процессию жен-мироносиц к Господнему гробу. Символом присутствия Христа при этом является икона Воскресения. Перед закрытыми дверями Церкви первый раз раздается пение «Христос воскресе из мертвых…» и священник крестом открывает церковные двери в знак того, что Христос на кресте отворил нам Врата Жизни Вечной. Текст пасхальной Утрени, которую считают жемчужиной церковной литературы, принадлежит перу св. Иоанна Дамаскина (676-749 гг.). В ее основу положены пасхальные проповеди святых Григория Богослова, Григория Нисского и Иоанна Златоуста.

Тексты пасхальной Утрени имеют глубокое догматическое содержание, их форма высоко поэтична. Во всём доминирует триумфальный тон неземной и вечной радости, достигающей своей кульминации в стихирах Пасхи, из которых соткан могучий гимн во славу Воскресшего Христа. Эта небесная радость охватывает человеческую личность во всех ее проявлениях.

Во время всей Пасхальной недели Царские врата православных церквей распахнуты настежь в знак того, что Христос своим Воскресением отверз нам двери Божия Царства. Символом «хлеба вечной жизни» – Иисуса Христа, Господа нашего, является также артос (греч. «хлеб») – круглый хлеб с иконой Воскресения. Его благословляют в день Пасхи после заамвонной молитвы, и он лежит всю неделю или на престоле, или на тетраподе. Существует также обычай на воскресной Литургии читать Евангелие на разных языках.

4 апреля – Пасхальное воскресенье

Кульминацией празднования Пасхи является Евхаристия Навечерия или богослужение Святой ночи. Однако с древних времен в Церкви жило желание продолжить празднование на всё пасхальное воскресенье, основанием чего были библейские рассказы об обнаружении пустого гроба и явлениях Воскресшего. В Иерусалиме, а затем почти повсеместно появилась еще одна Литургия – утром или днём Пасхального воскресенья. До нас дошли тексты таких Месс, начиная с VII века.

С Х века происходит бурное развитие церковного пения, возникают многочисленные пасхальные музыкальные вариации и секвенции (секвенция – это «развитие» и «продолжение» пения Аллилуйя перед чтением Евангелия; первоначально представляла собой голосовую модуляцию, а затем для секвенций стали писаться тексты). После сокращения числа секвенций на Тридентском Соборе в обиходе сохранилась только одна пасхальная секвенция – Victimae paschali laudes (ее автор – Випо, умерший в 1046 г.), она же используется и в наше время.

Еще один элемент Пасхального воскресенья – Вечерня с участием новокрещенных с процессией к баптистерию, о которой известно с начала Х века.

Традиционно воскресенье Пасхи было временем благословения пищи. Наиболее известный ныне обычай освящения яиц известен с XII века. Яйцо во всех культурах являлось символом жизни. Здесь возможно и влияние на христианство иудейских традиций (яйца использовались во время еврейских братских трапез, дарились как «яйцо от Илии»). Несколько позднее появился обычай украшения яиц (также известный в Израиле). Именно на примере пасхальных торжеств видно, сколь трудно бывает провести границу между Литургией и народными обычаями, сколь плодотворной может быть связь Литургии и жизни.

26 ноября 1969 года, накануне вступления в силу норм Конституции Missale Romanum, Папа Павел VI на генеральной аудиенции в Ватикане говорил о трудностях и причинах предстоящих изменений. В своей речи он сказал, в частности, следующее:

Мы просим вас еще раз обратить ваши мысли к литургическим новшествам нового обряда Мессы. Этот новый обряд будет введен в наше празднование Святого Жертвоприношения начиная со следующего воскресенья – первого воскресенья Адвента, 30 ноября.

Новый чин Мессы: изменение почтенной традиции, насчитывающей столетия. Это то, что затрагивает полученное нами религиозное наследие, которое, казалось бы, пользуется привилегией неприкосновенности и покоя. Казалось бы, оно влагает в наши уста молитву наших предков и помогает нам чувствовать себя верными нашему духовному прошлому, которое мы сохранили для того, чтобы передать его следующим поколениям.

В такой момент мы лучше осознаём ценность исторической традиции и общения святых. Это изменение затронет обряды Мессы. Мы обнаружим, может быть, с некоторым чувством раздражения, что обряды у алтаря совершаются отныне не с теми самыми словами и жестами, к которым мы привыкли – возможно, привыкли настолько, что уже не обращали на них внимания. Эта перемена затронет также и верных. Она имеет своей целью вовлечь каждого из присутствующих, вырвать их из привычного личного благочестия или обычной апатии.

[...]

И здесь стоит отметить самую большую новизну – новизну языка. Отныне уже не латынь, но разговорный язык будет основным языком Мессы. Введение народных языков, несомненно, станет великой жертвой для тех, кто знает красоту, силу и выразительную сакральность латинского языка. Мы расстаемся с речью веков христианства, мы становимся как бы вульгарными самозванцами в литературном заповеднике священного наречия. Мы также утратим значительную часть того изумительного и несравненного художественного и духовного сокровища, которым является григорианское пение.

У нас есть основания для сожаления, даже основания для замешательства. Что мы поставим на место этого языка ангелов? Мы отказываемся от неоценимого богатства. Но почему? Что может быть более драгоценно, чем это величайшее из сокровищ нашей Церкви?

Ответ кажется банальным, прозаичным. И всё же это хороший ответ, потому что это ответ человеческий, потому что он апостольский.

Понимание молитвы более ценно, чем шелковые одеяния, в которые она по-королевски облачена. Участие людей более ценно – особенно участие современных людей, любящих простой язык, который легко понимать и претворять в повседневную речь.

Если божественная латынь отдаляет нас от детей, от молодежи, от мира труда и забот, если она становится темной завесой, а не прозрачным окном, разве правильно было бы нам, ловцам душ, сохранять ее как исключительный язык молитвы и религиозного общения?

К настоящему времени Миссал Павла VI выдержал уже три издания; последнее, третье “типовое” издание было подготовлено и издано по благословению Папы Иоанна Павла II в 2002 году – именно оно в настоящий момент является основной богослужебной книгой ординарной формы римского обряда.

Напомним, что в 2007 году Папа Бенедикт XVI посредством motu proprio Summorum Pontificum подтвердил, что дореформенный обряд, последняя кодификация которого содержится в Миссале, изданном по благословению Иоанна XXIII в 1962 году, никогда не был отменен в Католической Церкви. Этим же документом Папа значительно расширил возможности использования этого обряда как “экстраординарной формы” римского обряда.

«Похожий по форме на пасторал Пия IX, который Папа использовал до сих пор, этот посох можно рассматривать именно как пасторал Бенедикта XVI», -добавил папский обер-церемониймейстер.

Подаренный Папе обществом «Circolo San Pietro», посох имеет в длину 184 сантиметра и весит 2 килограмма 530 граммов. Он более удобен в использовании, чем пасторал Пия IX, благодаря меньшим размерам основания и креста. К тому же, он легче на 140 граммов, а в сравнении с посохом Иоанна Павла II – на целых 590 граммов. Стоит напомнить, что Папа Ратцингер вначале использовал увенчанный распятием серебряный посох работы Лелло Скорцелли; этот посох был введен Павлом VI, а впоследствии его использовал Иоанн Павел I и Папа Войтыла. Однако затем, начиная с Вербного Воскресенья 2008 года, Бенедикт XVI начал пользоваться позолоченным пасторалом в форме греческого креста, принадлежавшим Пию IX, которому его также подарило общество «Circolo San Pietro» в 1877 году. Это общество, основанное в Риме в 1869 году, ныне вновь выразило свою верность Папе подобным же образом.

На лицевой стороне нового пасторала Бенедикта XVI в центре изображен пасхальный Агнец, а на концах креста – символы четырех Евангелистов, Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Орнамент в виде сети на концах креста напоминает о Петре, который был галилейским рыбаком. На обратной стороне выгравированы в центре монограмма Христа в виде совмещенных первых двух букв греческой формы имени Χριστός – X («хи») и Р («ро»), а на четырех концах креста – лики Отцов Церкви Запада и Востока – св. Августина, св. Амвросия, св. Афанасия и св. Иоанна Златоуста.

«Агнец и монограмма, помещенные в центре, отражают единство Пасхальной Тайны смерти и воскресения Христа», – объясняет монсиньор Марини.

Задержав взгляд на агнце, на лицевой стороне можно также заметить: вверху – имя Бенедикта XVI, которое персонализирует посох и делает его «собственным», а внизу – имя дарителей, а именно – «Circolo San Pietro». Последний знаковый элемент находится в верхней части основания, где выгравирован герб Папы Ратцингера.

Еще одно новшество, предусмотренное Службой папских литургических церемоний для I-ой Вечерни субботы – образ Богородицы, который будет находится у подножия алтаря над гробницей св. Петра. Это будет расписанная деревянная скульптура, изображающая Деву на троне с благословляющим Младенцем, которая ранее выставлялась в торжество Пресвятой Богородицы, а в прошлом году – с Рождественской ночи до Богоявления. Однако время Адвента также является временем, связанным с Девой Марией, временем, в котором ожидание грядущего Господа сопровождается примером ожидания, данным Марией, что подчеркивается в марианском антифоне Alma Redemptoris Mater, который исполняется в конце обряда I Вечерни.

Обычай, введенный Бенедиктом XVI – лично совершать первую Вечерню Адвента в соборе св. Петра – указывает на начало нового годового цикла, в течение которого Церковь вновь переживает всю тайну Христа, от Воплощения до Пятидесятницы и ожидания возвращения Господа. Этим объясняется умеренность в украшении храма цветами, означающая литургическую и духовную специфику этого времени ожидания грядущего Господа, связанного с радостью, но также и с покаянием и бодрствованием, как поется в рефрене прошений: Veni, Domine, et noli tardare (“Приди, Господи, и не замедли”). Тот же смысл вкладывается и в использование фиолетового цвета литургических облачений в течение всего времени Адвента, начиная с первой Вечерни в субботу.